Paul met particulièrement en valeur l'humilité (« douceur »), sans laquelle le chemin du chrétien, et donc le salut, sont impossibles. En même temps, l'apôtre décrit assez en détail...
Paul met particulièrement en valeur l'humilité (« douceur »), sans laquelle le chemin du chrétien, et donc le salut, sont impossibles. En même temps, l'apôtre décrit assez en détail ce que signifie précisément l'humilité comme état spirituel. Avant tout, suivant le Christ, il appelle les destinataires de son épître à ne se soucier de rien, en remettant tout à Dieu, vers qui Paul les appelle à se tourner avec tous leurs désirs.
Cela paraît simple, mais en réalité une telle simplicité n'est pas du tout facile à atteindre. En effet, pour vivre ainsi, il faut prendre conscience que notre vie même ne nous appartient pas. En fait, il en est bien ainsi, et la Bible le dit parfaitement clairement : ce qui fait de l'homme un homme, c'est ce « souffle de vie » que Dieu « insuffle » dans ses « narines » lors de la création, et ce souffle appartient à Dieu, nullement à l'homme.
Cependant, la conscience que sa vie appartient à Dieu est très difficile pour l'homme déchu. Il faut ici une intervention directe de Dieu, cette paix même dont Jésus Lui-même dit qu'elle n'est pas de ce monde. Elle n'est pas de ce monde en ce sens qu'on ne la trouve pas dans la nature, dans le monde, dans cet espace que les anciens Grecs appelaient cosmos ; elle appartient au Royaume, qui lui aussi n'est pas de ce monde. L'homme la vit précisément comme paix, comme silence intérieur qui arrête et éteint en lui tous les mouvements spirituels liés à la nature humaine déchue.
Le « moi » spirituel de l'homme, que l'apôtre appelle ici, comme dans ses autres épîtres, par un mot grec signifiant littéralement « intelligence », tombe inévitablement, dans l'état déchu, sous le pouvoir de cette nature qu'il devait, selon le dessein de Dieu, contrôler et orienter. Or être chrétien signifie entrer dans les relations qui unissent le Fils au Père, de sorte que toute la vie spirituelle de l'homme se déroule dans l'espace de ces relations. Sans l'action directe du souffle du Royaume, qui libère l'homme du pouvoir de sa propre nature et le plonge dans le silence intérieur, il est impossible d'y entrer. Et depuis le silence intérieur, on peut déjà entrer au-dedans des relations du Père et du Fils, « garder les cœurs et les pensées dans le Christ Jésus », comme Paul l'appelle.
Mais pour y demeurer, pour ne pas tomber hors de l'espace spirituel des relations du Père et du Fils, il ne faut admettre dans sa vie spirituelle aucune intention, ni même aucune pensée, sauf celles qui sont « vertu et louange ». Sinon, aucun chemin spirituel ne se formera : l'homme ne pourra que toucher parfois, et pour très peu de temps, le Royaume et sa vie, mais il ne pourra pas y entrer. Voilà ce que rappelle l'apôtre à la fin de son épître.
10-20 Выражая благодарность за полученные от филиппийцев дары (ст Флп 4:18; Флп 2:25-30), Павел в то же время дает понять, что он мог бы обойтись без них, ибо "все может в укрепляющем его" Христе (ст Флп 4:13); главное для него - духовное благо своих пасомых (ст Флп 4:17; Флп 4:19; Флп 1:5; ср 1 Кор 9:11).
В македонском городе Филиппах, процветавшем при царе Филиппе, отце Александра Великого, Павел, впервые, во время своего второго путешествия (49-52 гг), ступив на европейский материк, основал немногочисленную, но ревностную христианскую общину (Ac 16:9-40). Вначале в нее вошло небольшое число иудеев и прозелитов, у которых в городе не было даже синагоги; они собирались на молитву у берега реки в окрестностях Филипп. Маленькая община, беззаветно преданная апостолу, служила для него опорой и утешением. Только от филиппийцев он соглашался принимать денежную помощь, зная искренность их чувств и верность ему. Во время своего третьего путешествия Павел дважды посещал Филиппы (Ac 20:1-6). Находясь вдали от дорогой его сердцу общины, он постоянно поддерживал с ней связь. Когда он находился в заключении, филиппийцы послали к нему в качестве помощника Епафродита, который привез узнику пожертвования Церкви, самоотверженно служил ему и был «близок к смерти», трудясь на ниве Христовой (Ph 2:30). Павел называет его братом, сотрудником и сподвижником (Ph 2:25), из чего можно заключить, что в Филиппах Епафродит был одним из руководителей общины. Когда он поправился, апостол, зная о его желании вернуться домой, отправил его в Филиппы и снабдил благодарственным посланием, в котором выражает надежду послать к ним вскоре и Тимофея. Послание внушено сердечной потребностью общения с верной паствой и проникнуто стремлением оградить ее от различных опасностей, ей угрожающих (Ph 1:28 сл; Ph 3:2, Ph 3:18 сл); в нем содержится также призыв к единству и смирению, образом которого является сам Христос (Ph 2:6-11). Мы имеем здесь свидетельство первостепенной важности о вере на заре христианства в божественность Христа.
Многие экзегеты полагают, что послание было написано Павлом во время его первого заключения в Риме (61-63 гг). В таком случае между помощью, посланной ему филиппийцами в 45-52 гг (Ph 4:10, Ph 4:16), и той, которую они отправили ему в 60-е годы, был долгий перерыв. Это показалось некоторым экзегетам не вполне правдоподобным. Принимая также во внимание легкость общения апостола с филиппийцами через Епафродита, они высказали предположение, что Павел написал это послание во время своего трехлетнего пребывания в Ефесе, где, как апостол сам утверждает (1Co 15:32; 2Co 1:8-10), он и Тимофей «отягчены были чрезмерно и сверх силы». Упоминание «претории» (Ph 1:13) и «кесарева дома» не противоречит данной гипотезе, так как в больших городах римской империи были гарнизоны преторианцев.
Подлинность послания не подвергается сомнению; оно было известно ранним Отцам Церкви: св Поликарп ссылается на него в собственном послании к филиппийцам.
1. Послания св апостола Павла являются — после Евангелий — важнейшим документом священной НЗ-ной письменности. Обращенные к отдельным церковным общинам, они еще при жизни апостола пользовались авторитетом у многих христиан: их читали на молитвенных собраниях, переписывали, распространяли. Как показывают Деяния и Послания, св Павел был не единственным учителем и благовестником первохристианства. Наряду с ним трудились и другие. Существовала круги влияния ап Петра, ап Иоанна, Иакова Брата Господня. Далеко не всюду благовестие св Павла встречало полное понимание. Но постепенно уже к концу I в. Церковь приняла его Послания как боговдохновенное апостольское выражение основных истин евангельского учения. То, что эти истины были открыты человеку, который не знал Иисуса Христа во время Его земной жизни, свидетельствует о непрекращающемся действии Сына Божия и Духа Господня. Во времена проповеди св Павла четырех канонических Евангелий еще не существовало. Когда же они появились, стало очевидным, насколько подлинный Дух Христов пронизывал его благовестие и богословие.
2. Сведения о жизни ап Павла содержатся в Деяниях и Посланиях. Здесь укажем лишь основные вехи биографии «апостола народов». Савл (Павел) родился в Тарсе Киликийском на юге Малой Азии в первые годы по Р.Х.. в семье ревностных почитателей Закона, принадлежавших к школе фарисеев (Ac 22:3; Ph 3:5). Родители отправили его в Иерусалим, где он учился у «патриарха» фарисеев Гамалиила I (Ac 22:3). В 35-36 гг. Савл был свидетелем и участником расправы над св Стефаном и ожесточенно преследовал христиан-эллинистов (Ac 7:58; Ac 8:1, Ac 8:3; Ga 1:13-14). Тогда же произошло его внезапное обращение (Ac 9:1-19; Ac 22:4-16; Ac 26:12-18; Ga 1:15). Став последователем Христа, Савл три года жил в Набатее (Ga 1:17), проповедовал в Дамаске, где подвергся первым преследованиям (Ac 9:19-25). Около 39 г. он посетил Иерусалим и познакомился с апп Петром и Иаковом (Ga 1:18-19). С 39 по 43 гг. он оставался на родине в Тарсе, откуда его призвал ап Варнава для участия в работе на ниве Господней (Деян 11). В 46 г. он привез пожертвования иерусалимским христианам (Ac 11:28-30). С 45 по 49 год длилось 1-е миссионерское путешествие св Павла (совместно с апп Варнавой и Марком). Он посещает о. Кипр и города Памфилии и Писидии (юг М. Азии). В 49 или 50 г, он снова в Иерусалиме, где происходит «апостольский собор», отменивший для христиан-неевреев обязанность соблюдать ВЗ-ные обряды. С 50 по 52 Павел обходит Сирию, Малую Азию и впервые высаживается на европейском берегу. Он основывает церкви на Балканах (2-е миссионерское путешествие, Ac 15:36-18:22). 3-е путешествие было предпринято с целью посетить и духовно укрепить уже прежде основанные им общины (Ac 18:23-21:16). Апостол обходит города М. Азии, Македонию, Грецию и отплывает из малоазийского порта Милета в Палестину. В 58 г. апостол прибыл в Иерусалим. Там он подвергся нападению фанатиков и был под конвоем доставлен в Кесарию, резиденцию римского прокуратора (Ac 21:27 сл). Два года апостол Павел находился в заключении. Он отклонил предложение правителя Феста быть судимым в Иерусалиме и потребовал суда кесаря (Ac 25:9-11); его отправили на корабле в столицу. Он достиг берегов Италии и в 60 г. прибыл в Рим. Рассказ Деян обрывается на 63 г. Есть основание полагать, что Павел был оправдан и осуществил свой замысел посетить западную границу империи, Испанию (Rm 16:23-24). Когда он вторично приехал в Рим (ок 67 г.), его вновь арестовали (2Tm 1:15-17) и приговорили в смерти. К этому времени имперские власти уже знали о существовании христиан (в 64 г впервые было казнено «огромное множество» верующих во Христа, которых обвиняли в поджоге города). Как римский гражданин св Павел был обезглавлен.
Проследить судьбу Павловых Посланий значительно труднее, чем события его жизни. Неизвестно, кто и когда собрал в одну книгу избранные послания апостола (в сборник вошли далеко не все, ср 1Co 5:9). В 2P 3:15-16 содержится намек на существование такого сборника. Послания Павла известны св Клименту Римскому (90-е гг I в.), св Игнатию Антиохийскому (начало II в.) и св Поликарпу Смирнскому (ок 110-120 гг.). В конце II в. канон Муратори уже включал 13 Посланий Павла (кроме Евр) в состав Св Писания. Ок. 144 г. еретик Маркион опубликовал первый известный нам сборник Посланий (Гал 1-2, Кор, Рим, 1-2 Фес, Еф, Кол, Флп, Флм; ср св Епифаний. Против ересей, 42).
4. Ап Павел говорит о «своем благовествовании», но это отнюдь не значит, что он считает себя основателем новой религии и проповедует собственное учение (Rm 2:16; Rm 14:24); ни на минуту не дает он своим читателям забыть, что видит в себе только последователя, служителя, апостола Иисуса Христа. «Павлово Евангелие» имеет четыре источника, на которые он сам вполне определенно указывает: 1) непосредственное откровение, полученное апостолом от Христа Воскресшего (см, напр, Ga 1:11-12); 2) все то, что Павел «принял» через свидетелей земной жизни Господа и через апостольское Предание (Ac 9:10 сл; 1Co 7:10, 1Co 7:25; Rm 6:17; Ga 1:18); 3) Свящ Писание ВЗ, в котором апостол видел подлинное Слово Божие (2Tm 3:16); 4) Предание ВЗ-ной Церкви, особенно то, которое получило развитие в эпоху Второго Храма. Многие богословские понятия и толкования св Павел усвоил в школе своих учителей-раввинов (в частности, Гамалиила). Следы влияния на апостола эллинистической мысли незначительны. Он едва ли был начитан в произведениях античных авторов. В Посланиях можно найти лишь косвенные намеки на их доктрины (например, стоицизм), которые были широко распространены в ту эпоху.
Богосл. учение ап Павла есть благовестие о спасении и свободе. В кратких чертах его можно свести к следующей схеме. Замысел Творца направлен на благо всего творения. Этот замысел является «тайной» Божией, которая открывается людям постепенно. Темные силы, восставшие против Создателя, противятся осуществлению божественной Воли. Они внесли в природу тление, а в жизнь людей — грех. Поскольку же человечество создано как некий единый сверхорганизм («Адам»), его зараженность грехом стала препятствием для приобщения Адама к высшему божественному Благу. Первозданный («Ветхий») Адам есть, однако, лишь образ (прообраз) грядущего обновленного и спасенного человечества, душой или главой которого стал «Новый Адам», Христос. Ап Павел не употребляет мессианского титула «Сын Человеческий», поскольку он был мало понятен его читателям-неевреям. Тем не менее само понятие о Сыне Человеческом как Мессии, в Котором пребывают все верные (Dn 7:13-14, Dn 7:18, Dn 7:27), Павел сохраняет. Его искупительную миссию апостол рассматривает в свете пророчества о Рабе (Служителе) Господнем (Is 53). В соответствии с учением позднего иудейства, ап Павел делит Священную Историю на два эона (века) — старый и новый, т.е. мессианский, наступивший с момента явления Иисуса. В новом эоне Закон Ветхого Завета уже перестает быть обязательным, ибо Мессия открывает иной, более совершенный путь спасения. В старом эоне (ВЗ) царствуют сатана и грех. Чтобы люди осознали свое несовершенство, им был дан Закон Моисеев. Но возможность побеждать зло приносит не Закон, а благодатная сила, идущая от Христа. Соединившись с падшим человечеством, Безгрешный дарует грешникам спасение. Оно осуществляется в духовном единении со Христом через доверие к Нему, веру в Него. Вера есть акт свободной воли. Вера не сводится к исполнению того или иного обрядового и этического регламента, она — «жизнь во Христе», «подражание» Ему, мистический союз с Ним, делающий верных единым Телом Христовым. Иисус есть единственный «Ходатай», Посредник между Божеством и тварным миром, ибо Он соединяет в Себе божественное Начало и начало человеческое. Внешними знаками свободного принятия веры являются Крещение и Евхаристия, а в повседневной жизни — любовь, деятельное добро, служение ближним. Без любви даже вера не имеет силы, не является подлинной верой. Завершение земной истории и Божиего замысла апостол видит в полной победе Света и уничтожении греха и смерти. Общим воскресением и жизнью будущего века увенчаются спасительные деяния Господни.
Стиль Посланий ап Павла в высшей степени своеобразен. Обычно он диктовал их, и поэтому они сохраняют отпечаток живой, непосредственной речи, В них сочетаются вдохновенная проповедь, увещания, полемика, богословские размышления, автобиографические элементы, обсуждение частных проблем и житейские просьбы. Порой послания апостола переходят в настоящие гимны и молитвы, вводящие нас в мир мистического опыта святого. Написанные в напряжении всех душевных сил, Послания отражают характер, переживания, нравственный облик автора. На первый взгляд в них нет ясной последовательности мысли, но при более внимательном чтении всегда вырисовывается ее основное направление.
Павел владел древнееврейским, арамейским и греческим языками (быть может, и латинским), и это сказалось на его Посланиях. Построение их выдает человека семитской культуры, однако хорошо усвоившего греческую манеру выражаться. Писание он цитирует по Септуагинте; образы и дух Библии пронизывают каждую строку Павла.
Послания были написаны между 50-ми и 60-ми годами (подробнее о датировке будет сказано ниже в примечаниях).
10-20 Апостол выражает свою радость о том, что филиппийцы прислали ему пособие, и прибавляет, что это благодеяние принесло пользу и им самим, утвердив в них чувство любви к апостолу.
10-13 Ап. Павел, по принципу, не хотел ни от какой церкви получать деньги на свое содержание. Он сам работал, чтобы остаться вполне независимым (1 Фес 2:7; 1 Кор 9:15-27; 2 Кор 11:7; 12:13). Теперь филиппийцы прислали ему с Епафродитом пособие, и апостол, вопреки своему принципу, принял это пособие, не желая огорчить филиппийцев отказом. Но желая сохранить свою независимость, он говорит, что возрадовался этому пособию «в Господе», т. е. не личной эгоистичной радостью, а истинно христианской. Возрадовался он прежде всего за самих благотворителей филиппийцев, потому что увидел из их поступка, что их обстоятельства изменились к лучшему. Из 2 Кор 8:2 и сл. мы знаем, что македонские церкви, и в том числе, конечно, филиппийская, находились прежде в довольно жалком внешнем состоянии и кроме того терпели преследования от врагов христианства. Теперь, очевидно, они настолько оправились, что могут послать апостолу вспоможение, которое они хотели бы послать и раньше, но не имели к тому возможности. Но пусть они не понимают его благодарности в том смысле, что он давно уже ожидал от них пособия. Нет, он умеет довольствоваться и тем, что имеет под рукою, и недостатки его не тяготят, не лишают душевного спокойствия. В этом умении жить и в лишениях он видит особое действие укрепляющего его Иисуса Христа.
Церковь в Филиппах. Когда ап. Павел перенес проповедь Евангелия в Европу, то первый город Европы, услыхавший весть о Христе, был македонский город Филиппы, названный так по имени его основателя, македонского царя Филиппа, а позже получивший имя: «колония Августа Юлия» и считавшийся очень важным городом (ср. Деян 11:12)1 Павел прибыл сюда в сопровождении Силы, Тимофея и Луки. Слушателями Павла здесь были главным образом язычники — иудеев в Филиппах было очень немного, — и из язычников главным образом составилась здесь церковь. После удаления Павла и Силы, в Филиппах некоторое время провели Тимофей и Лука. Во второй раз Павел появился в Филиппах, когда он, после Пятидесятницы 57-го года, отправился из Ефеса в Коринф (1 Кор 16:5 и сл.; Деян 20:1 и сл.) и потом в третий раз заходил сюда весной 58-го года, когда направлялся с милостыней в Иерусалим (Деян 20:3 и сл.). А в то время, когда апостол находился вдали от филиппийцев, он получал о них сведаю через своих сотрудников или через других лиц. Из этих сообщений и из своих личных наблюдений апостол сделал заключение в своем послании о благополучном состоянии Филиппийской церкви и внутреннем, и внешнем (см. Фил 1:3,4,5,7).
Время и место написания послания. Как видно из послания, апостол находится в узах (1:7,13,14,17) и, вероятнее всего, именно в римских узах. За последнее говорит помещенное в конце послания приветствие от лиц, принадлежащих к дому Кесаря (4:22), и кроме того упоминание о полке преторианцев, солдаты которого сторожат ап. Павла (1:13). О том же свидетельствует и настроение, какое сказывается в послании, и питаемые апостолом в то время намерения. Апостол говорит с уверенностью (1:25), что он скоро освободится из уз, а такую уверенность он мог получить только в бытность свою в Риме: во время пребывания в кесарийском заключении его судьба еще не могла быть решена. Затем он имеет намерение посетить после освобождения Филиппы, его мысль направлена именно на это путешествие, а в бытность его в Кесарии мысли его были заняты предстоящим ему путешествием в Рим.
Послание написано, таким образом, очевидно, во время первых римских уз Павла, из которых он был освобожден, и именно в конце двухлетнего пребывания Павла в Риме, как видно из того, что дело его во время написания послания клонилось уже к благоприятному для апостола решению (ср. 1:12). Если прибытие Павла в Рим падает на весну 61-го года, то написание послания падает на лето 63-го года. К этому времени были уже отправлены послания к Ефесянам, Колоссянам и Филимону, так что послание к Филиппийцам является последним из посланий Павла, которые он написал во время первых своих римских уз.
Повод и цель написания. Член Филиппийской церкви Епафродит, подвергшийся, в бытность свою в Риме, при Павле, серьезной болезни, выздоровел и отправлялся в свой родной город. Это и послужило поводом для апостола Павла обратиться к филиппийцам с посланием. Вместе с тем он хотел успокоить встревоженные сердца филиппийцев относительно своей собственной участи, которая значительно изменилась к лучшему. Наконец, он считал своим священным долгом дать им наставления относительно христианской жизни и кстати поблагодарить их за пособие, какое они прислали ему с Епафродитом в Рим.
Характер послания. Десятилетние дружеские отношения Павла к филиппийцам наложили особую печать и на послание его к ним. Здесь апостол преимущественно выражает свои любящие чувства по отношению к читателям. Чувствуется, что апостол смотрит на них как любящий отец на своих детей, в которых он вполне уверен как в таких, которые не посрамят доброго отцовского имени. Замечательно при этом, что апостол неоднократно высказывает радость, радостное, его объемлющее, чувство, несмотря на то, что его дело еще не решено окончательно... Обращает на себя внимание и та строгость, с какой он относится к угрожавшим благополучию Филиппийской церкви лжеучителям из иудействующих. Он называет их псами, предрекает им погибель2 .
Содержание послания. Послание расположено не по строго выработанному плану, а имеет вид действительного, вполне непринужденного, письма. Сначала — в первой главе идет обычное вступление (1-11), затем апостол сообщает о своем собственном положении (12-26) и потом увещевает читателей к борьбе за веру, к единодушию и смирению (2-ая гл. 1-4), причем рисует перед ними образ смиренного Христа (5-11), и к послушанию Богу (12-18). Затем идут опять вести о лицах, окружавших Павла (19-30). Это — первая часть послания. Во второй части, обнимающей 3-ю и 4-ю главы, апостол предостерегает читателей от иудействующих, призывает к христианскому самоусовершенствованию и обращается с увещаниями к отдельным лицам, а потом опять ко всей церкви. Послание заканчивается благодарением и приветствиями.
Подлинность послания. Послание, которое так тесно сплетено с отдельными событиями из жизни апостола Павла и основанной им Филиппийской церкви, нелепо было бы признавать неподлинным. Нельзя предположить, чтобы какой-нибудь псевдоним нашел нужным подделываться под тон апостола Павла. И действительно редко высказывались сомнения в подлинности послания. Только Баур высказал мысль о позднейшем происхождении этого послания, и потом в 70-х годах Г. Гольстен 3 повторил мысль Баура, прибавив, что все-таки послание написано «в духе Павла», «языком Павла». Но все основания, какие он почерпает для своего положения о неподлинности послания, все указания на противоречия этого послания другим вполне подлинным посланиям (Рим., Кор. и Гал.), нисколько не убедительны. С внешней же стороны подлинность послания засвидетельствована вполне достаточно. Так, напр., на него ссылается уже Поликарп Смирнский.
Литература. Из святоотеческих толкований на послание к Филиппийцам наиболее важны труды св. Иоанна Златоуста и блаж. Феодорита. Из русских — выдающимися толкованиями являются труды преосв. Феофана (Говорова) и г. Ив. Назарьевского (Послание св. ап. Павла к Филиппийцам. Серг. Пос., 1893, с. 103+165). К лучшим немецким толкованиям относятся труды Мейера, в обработке Гаупта (1897), и Поля Эвальда в изд. Цана (1908).
13 a) Var. « en le Christ ».
Philippes, ville importante de Macédoine et colonie romaine, avait été évangélisée par Paul lors de son deuxième voyage, entre l’automne 48 et l’été 49, Ac 16.12-40. Il y repassa à deux reprises au cours du troisième voyage, en hiver 54-55, Ac 20.1-2, et à Pâques 56, Ac 20.3-6. Les fidèles qu’il y gagna au Christ témoignèrent d’une affection touchante pour leur apôtre en lui envoyant des secours à Thessalonique, 4.16, puis à Corinthe, 2 Co 11.9. Et quand Paul leur écrit, c’est précisément pour les remercier de nouveaux subsides qu’il vient de recevoir par l’intermédiaire de leur délégué, Épaphrodite, 4.10-20 ; en agréant leur offrande, lui qui craignait d’ordinaire de paraître intéressé, Ac 18.3, il marque à leur égard une confiance toute particulière.
Paul est prisonnier au moment où il leur écrit, 1.7, 12-17, et l’on a longtemps pensé qu’il s’agissait de sa première captivité romaine. Cependant les échanges fréquents et apparemment très faciles que les Philippiens ont avec lui, et avec Épaphrodite alors près de lui, 2.25-30, surprennent s’il se trouve dans la lointaine Rome. Surtout on comprend mal, si Paul est à Rome (ou à la rigueur à Césarée de Palestine, autre lieu d’une captivité connue de nous), que leur envoi d’argent par Épaphrodite soit la première occasion qu’ils aient trouvée d’aider l’Apôtre depuis leurs charités du deuxième voyage, 4.10, 16, puisqu’il est repassé deux fois chez eux au cours du troisième voyage. Tout s’explique mieux si Paul écrit avant ces deux nouvelles visites, c’est-à-dire à Éphèse entre 52 et 54. Les allusions au « Prétoire », 1.13, et à la « maison de César », 4.22, ne font pas difficulté, car il y avait des détachements de prétoriens dans les grandes villes, en particulier à Éphèse, aussi bien qu’à Rome. Notre ignorance d’une captivité de Paul à Éphèse n’est pas non plus un obstacle insurmontable, car Luc nous a dit fort peu de choses sur ce séjour de presque trois ans, et Paul laisse entendre qu’il y rencontra de bien graves difficultés, 1 Co 15.32 ; 2 Co 1.8-10.
Si l’on admet cette hypothèse, il faut dissocier Ph de Col, Ep, Phm et la rapprocher des « grandes épîtres », en particulier de 1 Co. Loin de s’y opposer, le style et la doctrine de l’épître favorisent plutôt ce rapprochement. Aussi bien cet écrit est-il peu doctrinal. C’est plutôt une effusion du cœur, un échange de nouvelles, une mise en garde contre les « mauvais ouvriers » qui ravagent ailleurs les travaux de l’Apôtre et pourraient bien s’attaquer aussi à ses chers Philippiens, enfin et surtout un appel à l’unité dans l’humilité qui nous vaut l’admirable passage sur les souffrances du Christ, 2.6-11 : que cette hymne rythmée soit citée par saint Paul ou qu’elle soit bien de lui, de toute façon elle apporte un témoignage de première valeur sur la foi primitive.
L’authenticité de Ph ne fait pas de doute mais son unité a été sérieusement mise en question. Pour beaucoup de critiques, ce pourrait être le résultat du regroupement de trois lettres. La division probablement la plus satisfaisante est la suivante : lettre A : 4.10-20 ; lettre B : 1.1–3.1, 4.2-9, 21-23 ; lettre C : 3.2 – 4.1. La lettre A, antérieure aux deux autres, aura été envoyée dès la réception du don apporté par Épaphrodite. La lettre C est probablement la dernière. C’est une brûlante polémique contre des missionnaires judéo-chrétiens dont il n’apparaît aucune trace dans la lettre B ; celle-ci est un appel serein à l’unité et à la persévérance, ainsi qu’au témoignage résolu à la vérité.